Режиссёр Александр Плетнёв о спектакле:
Брехт чрезвычайно ироничен. Лозунг о хлебе и нравственности двусмыслен. Вообще, Брехта нельзя читать однозначно, «лобовым», плакатным способом, как это часто делали. Одни ставят «Трехгрошовую оперу» как жесткую, обличительную сатиру. Других привлекают актуальные политические смыслы, кого-то влекут мотивы «клубнички». Меня же влечет театральная, игровая стихия «Трёхгрошовой оперы», за которой скрывается острый трагизм. Игра – всегда катализатор и провокация событий, переживаемых нами не только в театре. Мэкки-Нож (его играет Николай Шрайбер) – своеобразный Анти-Гамлет в преддверии эпохи «третьего рейха» и других времен эпохи перемен. Он знает запах крови, его влечет инстинкт интриг и провокаций, он знает свою тропу войны. Везде двойственность. И чрезвычайно современна мысль о том, что самая респектабельная среда и самая низкопробная – родственны. Главарь воровской шайки, король нищих, банкир и фабрикант ничем не отличаются, везде Её Величество Нажива во всех видах. Где нажива, там – преступления. И порождаются они ежечасно.
В зонгах – и это самое трудное для актёров – скрыт двойной смысл, есть горечь и человечность. Пьеса объёмна, в спектакле мы пытаемся передать богатство образных тем и интонаций, а потому нужны и глубокий лиризм, и тонкая ирония, и сарказм, и единство скрытых трагических смыслов. Вместе с художниками из Петербурга Николаем Слободяником и Марией Лукка мы попытались создать «театр в театре»...